Уважаемая Галина!
Тема жизни и смерти, тема Судьбы и воли человека неизбежно присутствует в жизни каждого на протяжении всех дней. Только далеко не всегда человек позволяет себе откровенно взглянуть в глаза трем паркам, прядущим нить судьбы. В религиях и философиях мира признается, что человек приходит в эту жизнь для выполнения какой-то цели. То есть, он имеет энергетический заряд и запас прочности ровно для того, чтобы выполнить поставленную перед ним задачу. Выполнишь - получишь счастье и покой. Нет - проблемы и терзания. В тех же случаях, когда человек по своей воле прекращает жизнь, его эфирный заряд, да и сама программа, еще достаточно сильны, чтобы пытаться предпринять усилия для выполнения своего главного предназначения. И в результате астральное тело, потеряв свою физическую основу, мечется, неприкаянное, между небом и землей, не имея возможности перейти в следующий пласт жизни до того, как заряд не будет израсходован, и, с другой стороны, не имея возможности расходовать его без участия физического носителя (тела). Недаром экстрасенсы подтверждают, что души самоубийцы нет как среди живых, так и среди усопших. Она мается между двумя пластами жизни до того момента, пока не иссякнет приданная ей от рождения сила и так или иначе не завершится ее программа. А это долгий путь, полный страданий. Очень долгий.
Уважаемая Галина!
В поисках ответа на Ваш вопрос я обратился с просьбой к доктору психологических наук Александру Васильевичу Суворову. Одно из направлений его деятельности - работа с детьми, имеющими разные степени поражения органов чувств. И тема, которую Вы, Галина, затронули, присутствует в его жизни все эти годы.
- "Я инвалид с детства. Слепота, глухота, поражение спинного мозга. И вот в таких условиях я желал жить только полноценно. Всегда. Желал быть полноценной личностью (а неполноценная личность - никакая не личность, разве не так?). Альтернативой этой полноценности было прозябание. Не жизнь, а прозябание. Прозябать я не желал, предпочитая физическую смерть..."
С разрешения Александра Васильевича приводим дальше некоторые выдержки из его письма.
Здравствуйте, Галина!
Мой друг переслал мне отрывок из Вашего письма с просьбой как-то отреагировать...
Вы пишите: У меня уже много лет постоянно возникает мысль о самоубийстве.
У меня тоже. Впервые, насколько помню, сие "недозволенное настроение" (так я его назвал, даже роман такой хотел написать - "Недозволенные настроения") появилось у меня в марте 1974 года. Я тогда был студентом психфака МГУ. А дело было в том, что я хотел слушать и слышать музыку без слухового аппарата (притом, что нормального у меня тогда и не было), хотел, чтобы мне были доступны произведения изобразительного искусства... Вы уже поняли, очевидно, что я слеп и глух. И я хотел, чтобы мне была доступна вся та часть мировой культуры, которая недоступна из-за физической слепоглухоты. И я так тяжело переживал эту недоступность культуры, что действительно не хотел жить.
Позже суицидные настроения посещали меня по разным поводам без особо чёткой периодичности, но достаточно часто. После смерти мамы, - это с 4 февраля 1997, - суицидные настроения являются моим постоянным фоном. Я живу с ними - и сквозь них. Каждый вечер перед сном я с тоской думаю, что хорошо бы утром не проснуться. Так умер мой учитель Александр Иванович Мещеряков - от четвёртого инфаркта, во сне. А другой мой учитель, великий философ Эвальд Васильевич Ильенков, вскрыл-таки себе вены... При этом в августе 1974 года он мне писал: "Нельзя ни в коем случае поддаваться минутам отчаяния. Я прожил пятьдесят лет и знаю - они всё же проходят, эти минуты, и даже думать о "выходе" из игры не нужно. Пока есть капля силы - надо бороться. За то, что ты считаешь мудрым и человечным". Процитировав Экклезиаста: "время плакать, и время смеяться; время сетовать, и время плясать", Эвальд Васильевич заключает: "Твёрдо знаю, что настанет и твоё время плясать, даже если и настало твоё время плакать. Пройдёт".
Цитирую наизусть, может быть, отдельные слова не совсем точно. Вы можете познакомиться с полным текстом этого письма в моей книге "Слепоглухой в мире зрячеслышащих". Она есть на моём личном сайте www.asuvorov.narod.ru. Там ещё и целый цикл моих работ по психологии смысла жизни...
Пока что "проходило". И "проходит". Но так и остаюсь на качелях - не хочется жить, и продолжаю жить, и даже очень хочу жить, получая подтверждения нужности моей жизни. Подчас с самой неожиданной стороны. И - держу палец на "спусковом крючке". В какой-то момент, не знаю как, при определённых условиях - знаю ДЛЯ СЕБЯ, каких! - вдруг уйти.
Так что Ваш грех - мой грех, и ничто во мне не вздрогнуло, когда я прочитал это Ваше признание.
Никогда это не было серьезной проблемой, т.е. я никогда не хотела, чтобы подобная попытка окончилась смертью. Но каждый раз, когда у меня возникает проблема, первая мысль - покончить с собой. Это как бы первый порыв, потом все проходит. Но я боюсь, что вдруг однажды этот порыв возникнет в слишком удобный для осуществления момент.
Вы оправдываетесь - уверяете других (и, может быть, себя) в "несерьёзности" вашей суицидной проблемы. Преходящий порыв... У меня уже давно не порыв, а стойкое постоянное нежелание. Но кокетничать этим - зачем? Раз жизнь такая бяка, вот же я ей назло... Не чувствуете, насколько это незрело, по-детски? А потом просыпается взрослый человек и начинает думать, как же всё-таки решить возникшую проблему, как-то выкрутиться... И в итоге выкручивается.
Вопрос: насколько это ненормально и что с этим делать?
Два вопроса.
1. Насколько это ненормально?
Что именно - "это"? Раз уж "это" у нас с Вами есть, то не попытаться ли порефлексировать по его поводу, не проанализировать ли, что "это" такое?
Почему Вы хватаетесь за нож? Почему у Вас бывают порывы к самоубийству? Почему я столько лет живу с этой мыслью? Две попытки повеситься, кстати, были. Обе смешные. Первый раз я не нашёл, куда привязать верёвку. Второй раз оказалось, что не умею завязывать самозатягивающуюся петлю. Шлёпнулся на пол - верёвка мгновенно развязалась, - и в какой бы истерике я в тот момент ни пребывал, но такой финал меня рассмешил. Больше не пробовал. Не срамился. А когда на одном компакт-диске обнаружил справочник для самоубийцы - список способов самоотравления, с описанием всех неаппетитных симптомов, предшествующих смерти, - мне стало жарко от стыда и очень смешно. Потому что этот файл, составленный по принципу "чего изволите?", наполнен таким тонким и убийственным юмором... Например, про список членов клуба любителей эвтаназии написано, что сей список мыши сгрызли. А дальше описываются кровавый понос, кровавая рвота, несколько дней жутких мучений перед смертью в результате отравления теми или иными веществами, ну и так далее - захочется пожить ещё хотя бы от отвращения к подобной смерти.
Что делать? Ответ Гегеля, ответ Эвальда Васильевича Ильенкова в письме ко мне: "Сознание - или дух, как его называли и называют, - есть - Гегель - "способность выносить напряжение противоречия". Собственно, это просто другая дефиниция сознания".
Вы счастливый человек, Галина. Ваше счастье в том, что вы очень чутко чувствуете "напряжение противоречия". И до сих пор, поскольку живы - выдерживали его.
Но Вы, Галина, извините меня, - такой же бессовестный человек, как и я грешный. Потому что задавать вопросы о своём самоубийстве (как я в своё время задал именно этот вопрос Ильенкову, на что он и ответил мне цитируемым письмом) - это значит взваливать ответственность за свою жизнь И СМЕРТЬ на другого. Чего мы с Вами ждём? Неужели того, что кто-то разрешит нам покончить с собой? А им-то, разрешившим, если мы воспользуемся их разрешением, каково потом будет жить? Как они поладят со своей совестью? Хотя с другой стороны, нам, бессовестным эгоистам и провокаторам, действительно нужен совет... "Если бы ты был действительно один, - одинок, - я не имел бы права советовать тебе мужество сознания. Ты не один, славный и мудрый мой друг. Приедешь - будем говорить с тобой долго и всерьёз", - так заканчивается письмо ко мне Эвальда Васильевича.
Наш с ним разговор продолжается. И он будет продолжаться, пока я жив. И вслед за ним, кроме мужества сознания, мне посоветовать ни себе, ни Вам, ни нашим товарищам по счастью - нечего. А мужество, как и счастье, лёгким не бывает...
Ваш Александр Суворов.
www.asuvorov.narod.ru
16 октября 2000.
